Стою у светофора посреди Крымского вала, на островке, и жду, когда загорится зеленый. Крымский вал широкий – светофора два и ждать долго. Мимо с ревом проносятся машины. Самые дорогие, самые большие и самые опасные из них те, за рулем которых сидят крохотные девушки в больших черных очках. Эти девушки смотрят внутренним взором в мечту, представляя себя за штурвалами истребителей, межконтинентальных ракет, космолетов, в объятиях Бреда Пита или Тома Круза и только в тридцать пятую или даже в сорок восьмую очередь за рулем автомобиля. На педаль газа они давят так, что ее потом приходится из пола клещами выдирать. Но я не о них. Рядом со мной стоит семейная пара – старик со своею старухой. На двоих им не меньше полутораста лет. Старик стоит смирно, время от времени вытирая огромным носовым платком вспотевшую лысину. Старуха нервно постукивает по тротуару палкой. Зеленый все не загорается. В какой-то момент проезжая часть пустеет, а зеленый свет все никак не загорается. Внезапно старуха хватает за руку старика:
- Я что здесь нанялась что ли ждать?
- Да уже…, - начинает кашлять в ответ старик.
- Пошли давай быстрее, - тащит его за руку старуха.
- Лен, ты глаза-то разуй, - упирается старик.
- Не ссым, Сева, не ссым! – по-военному заканчивает дебаты старуха и стаскивает старика за руку с тротуара на дорогу.
В этот момент зажигается зеленый и огромный разжиревший «Хаммер», истошно завизжав тормозами, останавливается у перехода.