Раньше, во времена Гутенберга и бумажных книг, писатель своих читателей на классы и подклассы не делил. Они были для него равны, поскольку все покупали книги и журналы, в которых публиковались сочинения писателя полностью или частями. Были, конечно, и те, кто не мог позволить себе купить книгу и был вынужден читать ее через чье-то плечо, а то и вовсе крал, чтобы прочитать. Какой-нибудь поваренок мог изучить азы евклидовой геометрии, читая выдранные из книги листы, в которую заворачивали принесенную с рунка рыбу и потом стать Лобачевским только потому, что параллельные прямые на мокрой измятой бумаге могли пересекаться. Были еще читатели, так сказать, второго порядка. Эти слушали книги в пересказе друзей или профессиональных пересказывателей по радио. В четвертом классе я таким манером прослушал одну главу из романа "Всадник без головы" в исполнении одной девочки, с которой мы забрались на пыльный чердак дома ее бабушки в один прекрасный день.
    Теперь, в эпоху интернета и социальных сетей, все читатели поделились на две категории. Первая, малочисленная, категория, чтобы прочесть книги писателя, их покупает - бумажные или электронные. Вторая, куда более многочисленная, читает блог писателя в интернете, ставит ему лайки и комментирует. Перед писателем встает вопрос - как сделать приятное читателям первой категории, которые тоже читают блог писателя, ставят лайки и комментируют его тексты? Какие льготы, выражаясь профсоюзным языком, им предоставить?
    Можно, к примеру, на их комментарии отвечать в первую очередь и развернуто, а на комментарии читателей второй категории отвечать односложно или не отвечать вовсе. Кроме хвалебных, конечно. Читателям первой категории, купившим несколько книг, можно разрешить прилюдно и в частной переписке критиковать писателя. Тем, кто купил две или три книги - позволено критиковать отдельные предложения, давать советы по замене прилагательных на существительные и причастных оборотов на деепричастные. Тем же, кто купил пять книг или даже собрание сочинений смогут, не опасаясь обидеть писателя, критиковать его произведение в целом. Постоянные авторы хвалебных комментариев могут предлагать свои варианты имен для кошки или собаки писателя. Даже для детей и жены. В свою очередь и сам писатель может назвать своего хомяка или камни в своих же почках именем самых противных и въедливых комментаторов из второй категории и раздробить их при помощи ультразвука или специальныхтаблеток. Если же у писателя нет камней в почках, то есть больной зуб, который можно назвать и вырвать без наркоза или бородавка на носу литературного критика, которую можно тоже удалить без наркоза, но уже хирургическим путем. Проще всего было бы, если бы читатели второй категории имели хвосты. Тогда писатель с удовольствием на каждый насыпал бы соли.
    В недалеком будущем, когда бумажная книга превратится в раритет, предмет роскоши и снова превратится в рукописную, читатель такой книгой сможет открыть дом писателя и остановиться в нем на любое время. Дети писателя будут прислуживать ему. Сам писатель будет метаться по дому, не зная, куда посадить читателя, а куда книгу, жена писателя будет на кухне... Правду говоря, насчет жены я не уверен. Боюсь, что она может просто не впустить читателя с книгой в дом. Скажет, что писатель здесь не живет или живет, но запил и захлопнет дверь перед его носом. Или просто приоткроет дверь, просунет в щель читателю какой-нибудь мелочи или кусок домашнего пирога с капустой, начатую бутылку водки и велит идти своей дорогой. Нечего, скажет, беспокоить писателя, а то он только-только стал браться за ум и устроился на работу в солидную контору на приличную зарплату, а по вечерам и ночью, вместо того, чтобы жечь электричество и писать, как заведенный, пьет чай с вареньем и спит с ней. Не с зарплатой, конечно,а с женой.