В подземном переходе на «Пражской» возле ларька с посудой, стоит молодая женщина с сыном лет семи-восьми. Ей трудно стоять – мимо идут люди и постоянно толкают ее и сына, но она стоит и неотрывно смотрит на разноцветные тарелки, на блюдца с голубой каемочкой, на рюмки с золотой и серебряной, на хрустальные графины без всяких каемочек. Сын, не глядя на мать, теребит её за рукав пуховика и монотонно бубнит:
- Мам…ну, мам…
Мать не отвечает. Она и не может ответить. У нее занят рот – она смотрит на тарелки не только глазами, но и открытым ртом. Наконец она с большим трудом отрывает взгляд от витрины, закрывает рот, потом снова раскрывает его и раздраженно спрашивает сына:
- Ну, что?!
Тот поднимает на нее глаза:
- Не заглядывайся.
И тут же их опускает.