В этой литературной войне, кроме больших сражений, были еще и партизанские действия. Мы с Писаревым писали эпиграммы на Вяземского, а он с Грибоедовым на нас. В то время был у нас общий знакомый Николай Александрович Шатилов, старый камер-юнкер, женат на Алябьевой, пустейший человек, принадлежащий к большому светскому кругу, и настоящий Репетилов: едва ли не с него Грибоедов списал эту роль своей комедии. Я сказал уже, что мы очень часто бывали в ложе Кокошкина; туда приходил всегда и Шатилов. Он у нас в это время исполнял должность нынешней городской почты, которой тогда еще не было: он исполнял обязанности местной почты. Он брал у нас эпиграммы, относил их в кресла к князю Вяземскому и Грибоедову и возвращался в ложу с уведомлением, что завтра будет прислан ответ. На другой день, тоже в театре, мы получали через него же и их эпиграммы, в ответ на наши. Цит. по: М.Дмитриев Главы из воспоминаний моей жизни, НЛО, 1998