September 21st, 2015

(no subject)

Тонкий, паутинчато-невесомый аромат осеннего ветра с горькими оттенками почерневших соцветий пижмы, опавших березовых и кленовых листьев, лесными составляющими подосиновиков и мелких, с пятикопеечную монету, рыжиков. Острый смолистый запах сосновых иголок в корзине, доверху наполненной белыми. Фруктовые, сочные, брызжущие ароматы красно-полосатого штрифеля и карминового пепина шафранного. Пряная, бодрящая нота навоза на тропинке к деревенскому пруду, оставленная одинокой и грустной, как лошадь, коровой. Железный и машинный запах давно брошенной и заржавевшей бороны на заросшем мелким и частым ельником поле. Мускулистый и крепкий, кружащий и куражащий голову дух самогона, настоянного на зверобое и чабреце. Уютный, обольстительный запах румяных пирогов с капустой, теплоту и гладкость которому придают полные, округлые руки и ямочки на щеках. Хрустящий аромат соленых огурцов с нотками укропа, чеснока и листьев хрена. Жемчужное, настоянное на лунном свете, благоухание чувственных хризантем с бордовыми оранжевыми, желтыми нотками бархатцев, синими бемолями лобелий и пронзительно красными диезами астр. Дурманящий запах золотых пшеничных волос, нагретых последним и потому невозможно ласковым теплом. И все это в хрустальном дымчатом флаконе осеннего воздуха со стаей птиц, кружащей и кружащей среди серых туч до тех пор, пока не найдет горлышка с голубым, чистым небом и не улетит в него до весны.

Из книги "Повесть о двух головах или провинциальные записки".

(no subject)

Месяца два тому был я в Ветлуге и в Красных Баках. Само собой, посетил тамошние краеведческие музеи. И в Ветлуге и в Красных Баках есть репрессированные. В Ветлуге расстреляли в тридцать восьмом создателя и первого директора музея И.И. Разумова и еще шесть краеведов, а в Красных Баках расстреляли директора первого в России формалинового завода. Рассказал я ветлужским и краснобаковским музейщикам о проекте «Последний адрес». Из Ветлуги ждал месяц ответа на свое письмо. Стал звонить. Наконец ответили. Они, оказывается, все это время решали вопрос о том, где музею взять четыре тысячи рублей на табличку для И.И. Разумова. Так и не решили, но продолжают решать. Давайте, говорю, помогу вам. Не такая уж это неподъемная сумма. Нет, говорят, у нас есть надежда, что вопрос решится. Я их понимаю – им хочется самим, но в условиях Ветлуги… На этот год краеведческому музею дали на развитие две тысячи рублей. Это, если без мата, то пиздец полный, а с матом даже и не знаю как сказать.