April 27th, 2018

(no subject)

Закончил читать вторую книгу ивановского романа-пеплума «Тобол». Под самый конец читал и все думал – кончится он когда-нибудь или нет? Вообще я не то, чтобы фанат Иванова, но почитатель. Толщина его романов меня не смущает. Иванов затягивать умеет. И «Тобол» поначалу затянул, но вот второй том уже... Все хотелось автору сказать – ты уже выдержал экзамен на писателя эпопей, уже можно просто писать и не хвастать перед нами бесчисленными знаниями из истории и этнографии Сибири и России вообще. Обычный читатель как начнет продираться сквозь всех этих зайсангов, нойонов, запсоров, зюнов, котечинеров, контайшей... так и застрянет на полпути забыв, с чего все началось. Это я еще не прибавил сюда родословие джунгар, мунгалов и других степных чертей в ступе. Это я еще не прибавил вогулов, остяков и всех вогульских и остяцких лесных духов и совсем крошечных душечек. Оно, конечно, без этого нельзя никак, если ты пишешь такую грандиозную эпопею. Тут нужна достоверность в каждой детали. Потом читатель сможет, как картину художника, твою эпопею хоть в лупу рассматривать. Вот только достанет ли у него терпения все рассмотреть... Садится, к примеру, татарский купец по приглашению джунгарского князька скромно в углу юрты и ладони кладет на колени, выражая свою покорность. Так ведь автору этого мало – он нам непременно должен сообщить как называется эта поза на языке джунгар. И это не один и не два раза, поскольку разные люди садятся в присутствии начальства по-разному. Зимняя осада и штурм джунгарами лагеря подполковника Бухгольца почему-то напомнила мне «Зимнюю дорогу» Юзефовича. Понятное дело, что это лишь мне показалось, но показалось, да. Из-за обилия в романе самых разных персонажей они, персонажи, то есть, как мне опять показалось, похожи на оловянных солдатиков, которых увлеченно двигает автор по карте Сибири. Кроме, быть может, архитектона Ремезова и князя Гагарина...Князя, даже в меньшей степени, чем Ремезова. Что же до религиозной и миссионерской линии романа, то она совсем не линия, а ряд неубедительных закорючек. И чудеса есть, и монахи, и архиереи, и раскольники, и обращенные в христианство аборигены, но... не верю. Но и вообще это страшно сложная тема. Тут надо Лесковым быть, чтобы отважиться о ней писать. Иванов, конечно, молодец и отважился. Лучше бы он в ту сторону не ходил. В религиозно-мистических дебрях заблудиться проще, чем в тайге. Кстати, о тайге. Мне кажется, что одни из лучших страниц романа посвящены описанию тайги. Она вышла живой, в отличие от христианских миссионеров. Жаль, что этих страниц мало. Ну, собственно, еще с «Сердца Пармы» было понятно, что Иванов знает «за тайгу». Довольно много, как мне показалось, в романе «неожиданных» совпадений. Особенно помощи, которая приходит внезапно, в самый последний момент времени. И во еще что. Понравился образ Петра Алексеевича. Не белый, не черный, а, как говорится, as is – злой, жестокий, бесчеловечный даже и со всем тем пекущийся о державе денно и нощно. Стоит ли читать «Тобол»? Конечно, стоит. Очень познавательный, интересный роман. Ему бы охват поменьше и он стал бы куда глубже, как мне кажется. Это все, конечно, лишь мои впечатления о романе, а никак не рецензия. Рецензии пусть рецензенты пишут. Это их работа.