Заканчиваем работу над переводом книги «Препаративная хроматография». Еще немного и верстка уйдет в типографию. С одной стороны я рад и очень – эта книга о сегодняшнем и завтрашнем дне промышленной хроматографии, а с другой... у них жемчуг крупный, а у нас щи жидкие. Особенно теперь. Мы запчасти не можем купить (теперь пора возвращать советское слово «достать») к уже имеющейся технике, потому, что она вся импортная, а уж о том, чтобы купить новый хроматограф и речи нет. Тем более препаративный, не говоря о промышленном. И начать самим производить то, что мы никогда толком не производили куда сложнее, чем открыть забегаловку, в которой продают куриные крылья и гамбургеры. Кому мы все это перевели... кто это будет читать, разбирать формулы и смотреть на картинки аппаратуры, до которой ему никак не дотянуться. Мне представляется сцена похожая на эпилог «Человека-невидимки», когда хозяин кабачка «Веселые крикетисты» читает лабораторный журнал Гриффина: «Хозяин садится в кресло, медленно набивает глиняную трубку, не отрывая восхищенного взора от книг. Затем он пододвигает к себе одну из них и начинает изучать ее, переворачивая страницы то от начала к концу, то от конца к началу. Брови его сдвинуты и губы шевелятся от усилий.
— Шесть, маленькое два сверху, крестик и закорючка. Господи, вот голова была!
Через некоторое время усердие его слабеет, он откидывается на спинку кресла и смотрит сквозь клубы дыма в глубину комнаты, словно видит там нечто недоступное глазу обыкновенных смертных.
— Сколько тут тайн, — говорит он, — удивительных тайн… Эх, доискаться бы только! Уж я бы не так сделал, как он. Я бы… эх! — Он затягивается трубкой.
Тут он погружается в мечту, в неумирающую волшебную мечту его жизни».