В воскресенье ходил на Оку с удочкой. Открыл сезон. По случаю его открытия устроил себе скромный фуршет на пеньке с пивом "Сибирская корона", рижскими шпротами, краковской колбасой и парой местных соленых огурчиков. По окончании фуршета набил и не торопясь выкурил трубку, задумчиво глядя вдаль. Потом, нас с солнцем начало клонить: его к закату, а меня в сон. Разномастные облака плыли по течению к Нижнему, ветерок похлопывал листьями кувшинок по серой, в морщинках, спине реки, рыба искала где глубже, а я сквозь дрему думал, что есть, наверное, места, где лучше, да и как им не быть, но … охота была их искать. Тут из-за поворота реки выплыл довольно большой, белый катер с надписью "Милиция". Пять здоровых и здорово пьяных мужиков гребли руками и обломками каких-то дощечек, держа курс на причал местного клуба "Дельфин" и вспоминая матерей: катера, отсутствующих весел, внезапно кончившегося бензина и какого-то Проскурякова. Течение, однако, у нас сильное и их сносило дальше и дальше. Повернуть же к берегу они не могли, поскольку для этого следовало гребцам с правого борта перестать грести, а с левого продолжать. Отчего-то у них это не получалось. Может от того, что никто не хотел перестать. Тем временем, солнце уже почти закатилось, только краешек его подсвечивал стволы березовой рощи на холме. Рыбак в плоскодонке, на середине реки закутался в плащ-палатку, замер и приготовился раствориться вместе с лодкой и удочками в вечернем тумане. Окружающий пейзаж стал напоминать картинку на больших коробках шоколадных конфет фабрики "Красный Октябрь", которые так любят покупать иностранцы и гости столицы. Концентрация буколик достигла предельно допустимой и собиралась превысить ее. Я смотал удочку, подобрал пустую пивную бутылку и пошел домой.