ПОЧТИ СНАЧАЛА
продолжение
Через три дня упорного изучения курса физики я решил, "снизить объем притязаний", как говорят изобретатели, когда экспертиза им сообщает, что изобретенная ими жужжалка, которой они предполагали жужжать в известном месте, жужжать не будет и в оное не войдет, а если и войдет, то выйдет непременно боком. То есть насовсем отказываться от гиперболоида я не хотел, но отложил его строительство до лучших времен. В том, что лучшие времена наступят, я не сомневался. Кто же в детстве сомневается в их наступлении. Я решил делать спектроскоп. Это такой прибор, который позволяет…. Впрочем, для данного рассказа не имеет никакого значения, что он позволяет. Важно то, что для этого прибора нужна была стеклянная призма, разлагающая свет. Вот ее-то у меня и не было. Но о том, как ее сделать я прочел в тоненькой книжечке из серии "Библиотека пионера и школьника. Серия физика". О, эти тоненькие книжечки для пионеров и школьников! Мне теперь кажется, что их авторы писали эти замечательные книжки на разных секретных квартирах и в подвалах, спасаясь от гнева родителей юных физиков, химиков и биологов. Помню, как прочел о том, что срок службы севших батареек можно продлить, вываривая их несколько часов в крепком солевом растворе. Старых батареек у меня не было, поэтому я взял новые, из папиного фонаря, и стал их варить, справедливо полагая, что после этого они уж точно станут живее всех живых. Но они почему-то лопнули, как переваренные сардельки и из них вытекло черное, вязкое и прилипшее намертво к дну кастрюли. Папа потом мне объяснил, буквально на пальцах, что, увеличивая срок службы батареек, я сокращаю срок службы нашей мамы.
Но, всё по порядку. Призму из настоящего, силикатного стекла мне было не изготовить. Нет, если б у меня были кое-какие ингредиенты и высокотемпературная печь для варки стекла, я бы не задумываясь его начал варить. Но печи не было, а духовка в кухонной плите для этой цели не подходила. Я проверял. Получил отрицательный результат, подзатыльник от папы и стал выпиливать призму из оргстекла лобзиком. Естественно, что грани такой призмы, были непрозрачными. Я стал читать книжечку дальше. Там было написано, что сначала поверхности призмы обрабатывают напильником, потом шлифуют наждачной бумагой, а уж окончательную полировку делают зубным порошком и зубной пастой. Мне повезло - папа чистил зубы порошком "Жемчуг", а мама и я - пастой "Поморин". Я понимал, что полировку призмы надо успеть сделать за один рабочий день. Запасов порошка, пасты и терпения родителей в доме было немного и второго такого случая могло не представиться.
В тот день мне повезло еще раз - первой с работы пришла мама. Квартира представляла собой иллюстрацию к повести Пушкина "Метель". В памяти с этой картиной почему-то связывается строчка из пушкинских же "Бесов": "Сколько их? Куда их гонят? Что так жалобно поют?". Но это уже рассказ о разборе полетов с участием папы.
А призму я сделал. И она много лет хранилась у меня в каком-то ящичке, потом ей играл сын, а потом она куда-то затерялась. Спектроскоп, увы, у меня так и не получился. Терпения у родителей не хватило. Зря не хватило. Потому, что на мои эксперименты по книжке "Библиотека пионера и школьника. Серия химия" им его (терпения) понадобилось гораздо больше.
Через три дня упорного изучения курса физики я решил, "снизить объем притязаний", как говорят изобретатели, когда экспертиза им сообщает, что изобретенная ими жужжалка, которой они предполагали жужжать в известном месте, жужжать не будет и в оное не войдет, а если и войдет, то выйдет непременно боком. То есть насовсем отказываться от гиперболоида я не хотел, но отложил его строительство до лучших времен. В том, что лучшие времена наступят, я не сомневался. Кто же в детстве сомневается в их наступлении. Я решил делать спектроскоп. Это такой прибор, который позволяет…. Впрочем, для данного рассказа не имеет никакого значения, что он позволяет. Важно то, что для этого прибора нужна была стеклянная призма, разлагающая свет. Вот ее-то у меня и не было. Но о том, как ее сделать я прочел в тоненькой книжечке из серии "Библиотека пионера и школьника. Серия физика". О, эти тоненькие книжечки для пионеров и школьников! Мне теперь кажется, что их авторы писали эти замечательные книжки на разных секретных квартирах и в подвалах, спасаясь от гнева родителей юных физиков, химиков и биологов. Помню, как прочел о том, что срок службы севших батареек можно продлить, вываривая их несколько часов в крепком солевом растворе. Старых батареек у меня не было, поэтому я взял новые, из папиного фонаря, и стал их варить, справедливо полагая, что после этого они уж точно станут живее всех живых. Но они почему-то лопнули, как переваренные сардельки и из них вытекло черное, вязкое и прилипшее намертво к дну кастрюли. Папа потом мне объяснил, буквально на пальцах, что, увеличивая срок службы батареек, я сокращаю срок службы нашей мамы.
Но, всё по порядку. Призму из настоящего, силикатного стекла мне было не изготовить. Нет, если б у меня были кое-какие ингредиенты и высокотемпературная печь для варки стекла, я бы не задумываясь его начал варить. Но печи не было, а духовка в кухонной плите для этой цели не подходила. Я проверял. Получил отрицательный результат, подзатыльник от папы и стал выпиливать призму из оргстекла лобзиком. Естественно, что грани такой призмы, были непрозрачными. Я стал читать книжечку дальше. Там было написано, что сначала поверхности призмы обрабатывают напильником, потом шлифуют наждачной бумагой, а уж окончательную полировку делают зубным порошком и зубной пастой. Мне повезло - папа чистил зубы порошком "Жемчуг", а мама и я - пастой "Поморин". Я понимал, что полировку призмы надо успеть сделать за один рабочий день. Запасов порошка, пасты и терпения родителей в доме было немного и второго такого случая могло не представиться.
В тот день мне повезло еще раз - первой с работы пришла мама. Квартира представляла собой иллюстрацию к повести Пушкина "Метель". В памяти с этой картиной почему-то связывается строчка из пушкинских же "Бесов": "Сколько их? Куда их гонят? Что так жалобно поют?". Но это уже рассказ о разборе полетов с участием папы.
А призму я сделал. И она много лет хранилась у меня в каком-то ящичке, потом ей играл сын, а потом она куда-то затерялась. Спектроскоп, увы, у меня так и не получился. Терпения у родителей не хватило. Зря не хватило. Потому, что на мои эксперименты по книжке "Библиотека пионера и школьника. Серия химия" им его (терпения) понадобилось гораздо больше.