…вам, женщина, через две выходить. Я скажу когда. Сейчас новый дом проедем, потом под мост и выйдете у забора. А дом этот Кобзон строит. Развлекать тут всех собрался. Вон стекла все какие серебряные. Всё купил и всё продаст. Я вам скажу – он еще в сорок восьмом по четырнадцать тысяч партийных взносов платил. Ежемесячно. Что значит…. Да точно вам…. Сам Караулов по телевизору…. Слух у меня хороший. У меня панкреатит и у Кольки моего глаукома на правом глазу, а слышу я все правильно. По четырнадцать тысяч, женщина! И никаких не рублей. Да откуда ж у него рубли? Вон рабочих сколько на доме-то. Понаехали… у кого ни спроси откуда – все жидомасоны. И день, и ночь своими мигалками гудят, суки, гудят! Всю душу русскому человеку замигали этими плевалками. А все с черта беспалого началось. Теннисист херов. Всех нас на запад приватизировал. С потрохами. А теперь разъезжает по всему свету со своей Наиной. Как же! Он им везде синий свет давал – и они ему. Алкоголик. Ему рентген головы делали перед пенсией – так там у него булькает! Женщина, вот какая вы, ей Богу, неверующая! Да сам Караулов…. И с нынешним они родственники. Просто так что ли он нам его подсунул. Еще какие родственники. Две дочери на выданье у этого. Пообещал ему по-родственному. Ну и что, что Танька у него! Это от Наины Танька. По ведомости. А без ведомости Пашка. Или Сережка. Я сама бухгалтером работала, я знаю. Будете мне рассказывать. Ну вас! Что не скажи…. Даже изжога поднялась. Выходите уже. Ваша остановка.