Сам-то я не видел, и мне не рассказывали, но ходят слухи, что на одной из тонких веток московского метро… Тут надобно пояснить, что такое тонкие ветки. Ну, с толстыми все понятно – это те, по которым мы ездим на службу и домой. А вот тонкие – это те, по которым ездят те, у которых не принято спрашивать. Едут они туда, куда надо. Но это тема отдельного разговора, который лучше молчать в тряпочку. Так вот, на этой самой ветке, где-то в районе, в котором надо, в том и районе, на одной или другой станции есть шлюз. Или два. Вы спросите – зачем? Лучше бы вы не спрашивали, чтобы потом вам не снилось. Но я вам отвечу: Москва – порт шести морей. Все, конечно, с детства знают, что пяти. Ну, да. Пяти толстых морей и одного тонкого, по которому плавают те, у которых. Едет себе едет обычный поезд метро от какого-нибудь Медведково до… все равно куда. Свернул куда надо, заехал в шлюз, задраил окна и через пять минут уже плывет со скоростью двадцать узлов в нужном и архиважном направлении. А через сутки так и вовсе всплывает состав на Канарах или ложится в дрейф на перископной глубине у берегов Калифорнии, а к нему на селекторное совещание приплывают… да мало ли кто может приплыть. Камбала, к примеру, может. Или акула. Но этого, конечно, никто не видел. И я вам все это рассказываю не потому, что я знаком с этой камбалой лично или дальний ее родственник. А потому, что стоял я сегодня на платформе одной из станций рано-рано утром. Еще и не рассвело даже. И вдруг диктор объявляет, что на прибывший поезд посадки не производить. Ну, так часто бывает. Ничего особенного. А вот, когда прибыл поезд, то тут я и увидел, что машинист с аквалангом за плечами и в ластах. Сам-то он мне ничего не сказал. Там люди проверенные. Но по глазам его под маской, я понял, что девки длинноногие в купальниках во втором вагоне не просто так собрались в феврале месяце и водный велосипед майбах в третьем вагоне с двуглавым орлом на сиденье тоже не даром. А уж про удочки, бредни и три ящика водки в четвертом вагоне и младенец догадался бы. А во всем остальном – поезд, как поезд. Только надписи на дверях не осторожно двери закрываются, а осторожно враг подслушивает. Впрочем, ничего я толком и не подслушал. На девок в купальниках водный велосипед засмотрелся. Да и поезд стоял на станции всего ничего.